Наталья Шеховцова (bonmotistka) wrote,
Наталья Шеховцова
bonmotistka

ТУКОВАНИЕ В ПАУТИНЕ. Детектив. Глава 15.

Они знакомы друг с другом в реале, но инкогнито собрались на форуме в Интернете. Один из них - убийца. Кто? Это и предстоит определить виртуальным интеллектуалам...
Все главы.

Х Х Х Х Х
Его звали Андрей Петрович Бражнов. Ученый на пенсии, хотя и не старый. Занимался разработками на вредном производстве, год стажа засчитывался за два, пошел на отдых по «горячей сетке». Когда оставил суетную жизнь в науко-граде, вернулся на родину. Растит внуков, читает и изучает то, что не успел прежде, часть времени проводит в Интернете. Проводил. Нет, слава Богу, с ним все в порядке, идет на поправку. Просто в той дорожно-аварийной суматохе у него украли компьютер.
Все это Лена узнала от Бражнова лично, ей не составило труда с ним повидаться. Позвонила в местное отделение ГИБДД, представилась корреспондентом газеты «Кот и пес», сказала, что хочет написать статью о том, как домашний питомец стал причиной дорожно-транспортного происшествия. Ей тут же, прямо по телефону, данные на него и выложили. Правда, пришлось ждать больше недели, пока Бражнов придет в себя, и к нему начнут пускать посетителей.

[Читать дальше...]В больнице, разумеется, никакой охраны не было. К чему, криминальным происшествие ведь никто не считал.
- Да не мой это был кот, - взмолился Бражнов.
- То есть, как не ваш?
На голове у пострадавшего виднелась выбритая проплешина и шрам, замазанный зеленкой. Волосы у Андрея Петровича густые, наполовину с проседью, глаза серые. Красавец!
- Никогда в жизни не держал кота. Собака была, детям покупал, теперь уже и пес помер… А этот… Не знаю, как в салоне оказался. Потому и на меня бросился, что не хозяин я ему.
- Может, с ночи в салоне? Или на заправке заскочил? Вы заправлялись перед отъездом?
- Заправлялся. Мне ж в Ростов нужно было, к старшему сыну в гости, - путь неблизкий.
Больничная пижама стать Андрея Петровича ничуть не портила, даже наоборот, на контрасте подчеркивала.
- Чайку не желаете? У меня вот тут, в термосе…
- Нет, спасибо!
- От заправки до угла Ленинского с Октябрьским, до места аварии, я минут десять ехал. Неужто кот все это время тихонько сидел, что я его не видел и не слышал? Не похоже. Взбалмошный котяра, такой не усидит на месте.
- А после заправки, вы не останавливались?
- Как же! На светофоре.
- Из машины не выходили. Может, там дворники подправить?
- Нет. Окно открывал. Нищенка подаяние просила. Небывалое дело, в нашем-то «сельпо». Ха! Шучу! Городок я «сельпо» называю: все друг друга знают. Если кто нужду испытывает, так ему и просить не надо – соседи, друзья сами помогут. Это ж не Москва ваша, где каждый за своей дверью, каждый сам по себе. На паперти у нас никто никогда не стоял. А эта бабенка… Видно, совсем одна, может, бомжиха, или заезжая… Бывал в столице, мимо таких спокойно проходил, а тут сжалился…
- Могла бомжиха кота подбросить?
- Могла! Запросто! Я отвернулся, в сумку за кошельком полез, окошко открытым оставалось. А вы, мадам, правда, в газете работаете? Случаем, не из сыщиков? Шучу! Кхе-хе… Чего там расследовать? Даже если старуха шутканула. Умысла-то все одно не видно. Мне б лучше вора сыскать.
- Какого вора?
- Что ноутбук спер, пока я без сознания лежал.
- А та же бомжиха не могла?
- Могла, но не тогда, когда я ей милостыню на светофоре давал. Разве что, сразу после аварии… Я – в несознанке, остальные водители – в шоке, свои машины осматривают, не до меня им, милиция да скорая еще не подоспели…
- А почему не на светофоре?
- Компьютер, да кошелек – самые ценные вещи, я их рядом в сумке держал, и когда деньги вытаскивал, ноутбук видел.
«Ай, да маньяк! Тонкий расчет: пусть живет себе наш Андро, если повезет, только бы на форуме какое-то время не появлялся. Денег на новый компьютер пенсионер еще не скоро наберет.»
- Что же, компьютер бомжиха вытащила, а кошелек оставила?
- Так точно, мадам! – Андрей Петрович козырнул. – А вы точно не из милиции?
- Кстати, о милиции… Вы про кражу заявляли?
- А, может, милиция сама и сперла?
- Ну-у-у, если так думать!
- Ладно, барышня, не кипятитесь! Я ж в сознание не приходил, а дети про ноут даже не вспомнили. Одно слово – «молодежь», в технике хуже меня разбираются. На мобильнике только двумя кнопками пользуются… Ну, что там, когда очнулся, через неделю после аварии, отыскать можно? Только лишний раз коллег по несчастью помучали бы. Стали бы допрашивать соучастников, в которых я въехал. Им и так досталось ни за что ни про что.

Для проформы Лена посидела у Бражнова еще полчасика. Сделала вид, что кручинится из-за сорвавшейся статьи. И ушла. Собственно, «командировка», действительно оказалась напрасной, - все как она предполагала, ничего нового.
Из Нарокопинска можно было отправиться в Москву ночным поездом, но Ленка решила задержаться. Гостиница в городе была всего одна. Двухэтажное кирпичное здание с толстенными стенами. Длинный коридор, досчатые полы, дырявые двери в номера: замочная скважина из тех, в которые подглядывать можно, под массивный двубородчатый ключ. Внутри слышно все, что происходит снаружи, снаружи, что происходит внутри.
Две уборщицы мыли пол, сближаясь друг с другом с разных концов коридора. Звякали ручки оцинкованных ведер, гулким эхом отдавался каждый их шаг.
- Маня, Маньк!
- Оу!
- Ну, как? Твой вчера трезвый пришел?
- Ыть, йо! Какой там! Как обычно.
- Простите, вы не могли бы потише, - робко выглянула Ленка.
- А ты сюда, что спать приехала?
Ленка растерялась:
- В командировку!
- Вот и работай, а не командуй!
- Маня, Маньк!
- Оу!
- Ты утром повтор «Святых и грешных» смотрела?
- Ну.
- Как там Робертик-то Алиночку обхаживал, а она все нос воротит, дура!
- Как думаешь, в новой серии уломает?
- Как раз сейчас идет, серия-то.
- Жаль, Мегеровна внизу дежурит, а то пошли б, посмотрели…
- А у этой, у истерички командировочной, в номере телевизор не работает?
- Тебе ближе. Подойди – послушай!
Все слышавшая Удальцова резко распахнула дверь прямо перед носом уборщицы.
- Где в вашем городе можно поесть?
- Завтра в восемь буфет на первом этаже откроют.
- Понятно!
Ленка пошла в магазин.
Она не боялась брести по улицам пустого вечернего городка. Маньяк сделал свое черное дело, и уже давным-давно умотал. Иных преступников здесь днем с огнем не сыщешь.
Будучи коренной москвичкой, она редко бывала в российской глубинке. От мелких домишек с трубами, неубранной с газонов листвы веяло сказкой. Или уж, по крайней мере, счастьем. В воздухе… вместо выхлопной гари - запах жженого дерева. Вместо суеты – покой.
Окна здесь находились так низко, что в них можно было заглядывать, не вставая на цыпочки. Просто походя, как бы невзначай. За стеклом (без решеток!) - разного рода «завлекалочки»: гибсовый крашеный гномик, тряпичная кукла или рисунок ребенка. «Любуйтесь!» В каждом окне – свой, особый, свет. Он складывается из множества составляющих, зависит от лампочки и люстры, от тюля и, конечно же, атмосферы.
Вот люди сидят за столом. Двое взрослых и мальчик. На столе – чашки с блюдцами, в хрустальной вазе – то ли баранки, то ли пряники. С потолка алым тюльпаном свисает абажур с бахромой.
А у соседей – гости. Точнее, гостья. Через кухню просматриваются коридор и входная дверь. Женщина стоит в проеме, чем-то взволнована, что-то говорит. Хозяйка жестом приглашает ее пройти, но та отмахивается. «Нет-нет, на минуточку только…» - Ленка не слышала слов, домыслила. Явно зашла без звонка. Здесь не принято предупреждать о своем появлении. Здесь все просто.
В единственном на весь город ночном магазине свет был голубым, холодным. И продавщица сонная, почти злая.
- Мне, пожалуйста, кефир и хлеб. Если есть, пшеничный.
Тетка в белой «пилотке» шмякнула перед ней батоном в пакете.
- А половинку можно?
Тетка убрала батон и шмякнула половинкой.
- Не порежете?
- Как?
- Чтобы кусать было удобнее.
Тут Ленка заметила на прилавке белый шмоты сала с розовыми прожилками, с одной стороны рыжеватая корочка, с другой – сероватая обсыпка.
- Нет, не надо кефир и батон, - посмотрела продавщице в глаза. – Извините. Мне шпик, черный хлеб и… пиво.

Есть хлеб с салом было неудобно. Она не смогла добиться от мадам за прилавком милосердия в виде тонкой нарезки. Та и буханку, и шмот порубала всего на четыре части. Теперь приходилось доставать их по очереди из пакета и надкусывать. Два надкуса – один глоток, пиво было зажато под мышкой.
В гостиницу возвращалась той же дорогой. Снова заглядывала в окна. Взволнованная гостья так и не ушла. Зато ее удалось заманить на кухню. На столе стояли графинчик и стопочки, гостья уже улыбалась.
Чаепитие у соседей закончилось. Мужчина все еще сидел за столом и читал газету, женщина мыла посуду, мальчик взобрался на спинку кресла и лаял на кошку, запрыгнувшую на шкаф…

Лена вспомнила историю из своего детства. У них во дворе жил рыжий пес, кажется, спаниель. То есть жил он, конечно, в доме, а во двор выходил гулять. Лена этого кобелька боялась до страха страшного. И не самый большой он был из собак. Но большие собаки гуляли с хозяевами, на поводке, а этот – сам по себе.
Умный был пес. Погуляет, зайдет в подъезд и ждет возле лифта, пока кто-нибудь решит подниматься. Потом присоединится и жалостливо так поскулит. Если человек попадался несведущий, не знал, что животному на пятый этаж нужно, пес преграждал выход и начинал лаять. Волей-неволей приходилось нажимать на все кнопки подряд. Как правило, «адрес» лопоухого запоминали после первой же «засады».
Лене тогда лет восемь было. Про пятый этаж она знала, но в лифт заходить вместе с псиной боялась. Про страх свой рассказала другу Мишке.
- Запомни: лучшая защита – это нападение. Ты должна первая на спаниеля броситься.
Девчушка вытаращила глаза:
- Он же меня покусает.
- Ну и что. Зато, с его стороны это будет лишь обороной, а смелость – на твоей стороне.
- Нет! Мама с папой этого никогда б не одобрили.
- Они и не узнают.
- А укусы?
- Во-первых, если ты заранее готовишься к худшему, то точно проиграешь. Так что, об укусах не думай. Во-вторых, на крайняк предкам скажем, что это был какой-то бездомный пес в подворотне.
- Ага! И мне залепят сорок уколов в живот от бешенства.
- Потерпишь! Слушай, Ленка, ты хочешь или не хочешь избавиться от страха?
- Хочу.
- Тогда собери всю свою волю и действуй!
Они зашли в лифт втроем. Ленка зажмурилась и укусила псину как раз в то место откуда растет хвост, в горбинку в конце хребта. Пес жалобно взвизгнул и выскочил, разумеется, не на своем этаже.
Теперь она понимает, ей повезло, пес не был злым. Злой обязательно бы ответил. Но такого, который бы ответил, хозяева одного гулять не пустят. И Михаил, должно быть, это знал. У него у самого была собака.

Удальцова добрела до гостиницы, умылась (душ был на этаже, и просить ключи у дежурной не хотелось), легла в постель. Как странно, эти детские воспоминания совершенно не вязались с образом неуклюжего тихони Михаила, которым она запомнила приятеля по юношеским годам.
Зато, что же получается, этот «тихоня» - самый смелый мужчина в ее жизни!? И у них не сложился роман именно потому, что она считала его «слабаком».
Зато бывший муженек – «герой» хоть куда. Сунул ей нож под руку и промолчал об этом на суде. И Картинкин хорош… Она уж была готова закрутить с ним роман!!! А, получается, он знал настоящего убийцу, но позволил засадить ее, безвинную!
Почему же ей попадаются одни трусы?
«Хотя, нет, Мишка, он тихоня, но не трус. Ему просто не хватает решительности. С другой стороны, если не хватает решительности, разве это не трусость?»
Когда уезжаешь из города, в котором провела всю жизнь, начинаешь как бы смотреть на себя со стороны. Этим хороши любые поездки, хоть на отдых, хоть по работе.
Ленка ворочалась на скрипучей, проваливающейся сетке кровати и анализировала. Правду говорят, люди влюбляются в один и тот же психологический тип. Ей всегда доставались парни «роскошные, да бздошные», - как характеризовала их Ленина бабушка, - интеллигентнейший и образованнейший человек.
«Трус Мишка или не трус?! С собаками воевать умеет! Это хорошо… Еще с машинами.» Она вспомнила про продолжение «псиной истории». Точнее истории на тему «нападение – лучшая защита».
Они уже заканчивали школу. Пошли гулять и попали под ливень. Водостоки не справлялись с обилием осадков, вода была и сверху и снизу. Вымокли, разумеется.
- Тебя когда-нибудь брызгали машины? – спросил он.
- В смысле?
- Прошел дождь. Ты идешь по тротуару, мимо проезжает авто, и… шарах по луже, - ты вся в грязной жиже.
Ленка развела руками.
- Глупый вопрос. Нас только что окатили раз двадцать, мы этого уже даже не замечаем.
- Потому и спросил, вдруг, действительно, ты этого уже не замечаешь. Предложение вот какое: мокрее, чем есть, мы уже не будем, давай отомстим машинам!
- Как?
- А вот так!
Он подошел к проезжей части и стал, неспешно (он все делал вдумчиво и медленно) двигать ногой по струившемуся у обочины потоку, выплескивая в сторону транспорта мощные волны. Машины сигналили в ответ, водители и пассажиры открывали свои окна и подставляясь под ливень, что-то орали. Было ощущение полного сумасшедствия.
«Надо все-таки отыскать Михаила. Он так много для меня сделал… - думала, засыпая, Ленка. - Интересно, как он там? Чем занимается? Нехорошо от него отгораживаться. Все-таки был почти членом семьи. Его все любили, и бабушка, и отец. Отец даже упоминал школьного приятеля дочери в своем завещании. Какое-то там небольшое предприятие отписал ему и еще Павлову, сыну своего покойного друга. Что за предприятие? Это были разбойные девяностые… Что-то, помогающее противостоять рэкету, но не охрана напрямую, и не «крышевание». Папа помог стартовать фирме и назвал ее «Три товарища». Почему три? Ах, да! Одна доля еще и у Ленки».
Хотя Павлова Ленка почти не знает, так, пару раз видела. Отец тогда говорил: «Мальчики, я даю вам шанс на будущее. Вы – головастые, верю, что раскрутитесь. Пока – исполняющие роли, после моей смерти – все перейдет вам в собственность. Только одно условие с моей стороны. Даже не условие, - просьба. Если со мной что случится – не бросайте Лену.» Он специально говорил это при ней, чтобы она знала, к кому обращаться. Вот Михаил и не бросил. Он даже дополнительно юридическое образование получил, чтобы управлять не по наитию, а профи.  А Павлова она больше не видела. Даже не знает его имени.
«Надо бы разузнать, живо ли, предприятие-то, может, вложиться, поддержать, отцовское начинание? Вернусь в Москву – найду Мишку…»
 И еще что-то… Была еще какая-то причина, по которой она желала увидеть школьного приятеля. Замутненное Морфеем сознание не позволило осознать, что то была ревность. Она ведь видела его с девчушкой. В жизни ее бессменного воздыхателя появилась другая женщина…

Утром она проснулась рано, но чувствовала себя отдохнувшей – еще одна положительная особенность пребывания в тихом провинциальном городе: на все хватает времени.
В разрекламированном накануне вечером буфете ей выдали одно вареное яйцо, два куска белого хлеба, кубик сливочного масла и две сосиски, сдобренные ложкой консервированного горошка. Буфетчица была в накрахмаленном белом переднике и «кокошнике». Ленка не знала, как правильно называется этот головной убор в виде тряпочной короны с оборкой по краю.
- Кофе или чай? – «Кокошница» улыбнулась алым напомаженным ртом, отчего пририсованная справа от носа родинка дернулась.
- Кофе.
Кофе, конечно же, был растворимый. Но и его было достаточно (точнее, даже просто запаха), чтобы в девушке проснулось наркотическое желание зайти в Интернет.
- Можно я возьму все это в номер?
- Только потом занесите посуду.
- Хорошо.
Удальцова вскочила.
- Девушка, - окликнула ее «кокошница».
- Да?
- Если буфет будет уже закрыт, оставьте под дверью.
- Хорошо.

В Клубе любителей детективов Шляпа в очередной раз сменила аватар. Теперь слева от ее сообщений красовался жонглирующий клоун в черном котелке. Под картинкой – бегущая строчка «Цирк уехал, клоуны остались.»
Вместо нового сообщения - видеосюжет: тот же клоун, только котелок не на голове, а под ногами в перевернутом виде. Клоун жонглирует, подбрасывает вверх овощи и фрукты: рыжую морковку с зеленой ботвой, краснобокое яблочко, огненный апельсин, сизый овал сливы, пупырчатый огурец, пунцовый помидор. Вот они кружатся в воздухе, вот помидор летит мимо руки, падает в тулью. В воздухе кружатся уже пять предметов, за помидором из общего «строя» выходит слива. Потом яблоко… Последним падает в шляпу апельсин, падает, в отличие от предыдущих своих собратьев, медленно, словно солнышко закатывается за горизонт.
Ленка углядела в этом «жонглировании» намек на происходящее, на поочередное уничтожение людей из ее окружения, реальных и виртуальных. Возможно, и ее самой? Впрочем, она знала, как нарушить планы маньяка. И решила сделать это незамедлительно.
Девушка сдала номер дежурной, но, прежде чем отправиться на вокзал, снова зашла в больницу к Андро.
- Андрей Петрович, я вдруг подумала… Вы, наверное, испытываете некоторые неудобства, без компьютера. Возможно, нужно кому-то ответить на письмо, кого-то предупредить. У меня поезд только через два часа. Вот вам мой ноутбук.

Прогулка пошла Ленке на пользу. Набережная небольшой речушки была усыпана яркой листвой. Ее шорох под ногами и огненная пестрота лишь разжигали азарт. Ленка рисовала в воображении картинки из ближайшего будущего. Вот она забирает компьютер у Бражнова. В серых глазах ученого светится благодарность. Он целует ей ручку на прощание. Она едет в Москву. А там, в столице, в неведомой ей квартирке рвет и мечет маньяк. Его «жертва» восстала из пепла. Конечно, где ему с его шкурнической психологией предусмотреть вариант «мир не без добрых людей»?

Через полтора часа она вернулась. Бражнов выглядел злым и озадаченным.
- Ну, как? Пригодилась машинка? – она все еще ждала благостных перемен на лице.
- Спасибо вам, Елена Васильевна! Только, представьте, какая метаморфоза. Я тут, старый дурак, пристрастился к сетевой болтовне, на форуме одном бывал. Решил зайти и сейчас, посмотреть что, да как. Но не смог…
- Отчего? – от горечи, что планы сорвались не у маньяка, а у нее самой, запершило в горле.
- Ешкин кот! Кто-то… Ну, понятно, кто, у кого был мой компьютер с автоматическим вводом пароля, этот пароль сменил. И написал сообщение от моего имени. Спрашивается, зачем?
«Вот, черт! А мне понятно, не только кто, но и зачем! На случай, если добрые люди в мире все же есть… Чтобы Андро не смог «воскреснуть». Хорошо еще Андрей Петрович не понял, что его виртуальная сущность к тому же копирована.»
И еще один вывод сделала для себя Лена: Если маньяк обладал ноутбуком Бражнова, он мог зайти на форум и старым Андро, зачем была нужна новая регистрация? Ответ также очевиден – чтобы Ленка поняла, кто очередная жертва.
- К тому же, - продолжал Бражнов. - Там процитировали заметку об аварии, в которую я попал. Ту самую заметку, по которой вы меня разыскали…
«Вот оплошность!» Разъяренная Шляпой-клоуном-жонглером Лена совсем упустила из виду, что позволит Андрею Петровичу прочесть логическую загадку.
- Что же тут странного. Кто-то из ваших товарищей нашел информацию в Интернете, решил оповестить о печальном случае остальных. Вы хоть как-то смогли дать им знать, чтобы они не волновались? – она блефовала, делала вид, будто даже не догадывается, что настоящего имени Андрея Петровича в клубе никто не знал.
- В этом нет необходимости, они не могли догадаться, что речь идет обо мне. Я там бываю под ником, что-то вроде псевдонима… Знаете, Елена Васильевна, я уже начинаю жалеть, что вы не из милиции.
«Я сама об этом жалею, - подумала Ленка. – Имела бы хоть какие-то полномочия. А так, того и гляди, из сыщиков-нелегалов окажусь в подсудимых, и по проторенной дорожке - в каземат».
- Мне пора идти, Андрей Петрович! Поезд. Он ждать не будет.
- Скажите только пару слов, что вы об этом всем думаете?
- Думаю, вам не стоит беспокоиться. Компьютер вы не вернете, да и не рассчитывали. Объяснения про форум милиция всерьез не воспримет, они у вас в Нарокопинске небось и не знают, что такое Интернет.
- Это точно.
- Вору, и, возможно, человеку, подстроившему аварию, скорее всего, от вас больше ничего не нужно, иначе бы уже объявился.
Бражнов вздернул брови.
- Это не я, честно, - ответила она на его немой вопрос.
- Может, он до моих научных разработок докапывается?
- А они в ноутбуке хранились?
- Нет, комп. новенький был, а с работы я все на дисках принес, дома лежат.
- Если бы нужны были диски, они бы у вас дома уже не лежали.
- Хм! Пожалуй, вы правы. Счастливого пути, Елена Васильевна!
- Выписывайтесь поскорее!
Она оставила собеседника все с той же озадаченностью во взгляде, но злобы в нем уже не было.

Х Х Х Х Х
В столице Лена, как и обещала самой себе, первым делом решила отыскать школьного друга Мишку. А, чтобы пальнуть по двум зайцам сразу, начала с визита в дом, где в полуподвальчике размещалось то самое предприятие «Три товарища». Нашла сразу, хотя была там с отцом всего один раз и очень давно.
«Товарищи» жили и здравствовали. Об этом свидетельствовала красивая зеркально-золотистая вывеска возле центрального входа. А вот подвальчик был на замке. Ленка уже собралась уходить, когда на крыльце появился Михаил. Ленка спряталась.

Михаил вышел из ворот, свернул направо и пошел вдоль забора в сторону метро. Ленка поспешила за ним. Не доходя до подземки, приятель завернул в супермаркет, прямиком направился в винный отдел.
Сейчас или подождать? Более подходящим местом для встречи ей представлялся вагон метро. Как в песне: «Привет! Сегодня дождь и скверно… А мы не виделись, наверно, сто лет!» Но дождя не было, а виделись они не так давно.
«И все равно лучше подождать… Мужиков нынче храбрых и то не сыскать. Почему же она не имеет право проявить нерешительность?»
Девушка притаилась рядышком, он выбирал вино, она стояла возле соков. Спряталась за большую пластиковую подставку-этажерку, загруженную пакетами.
Приятель придирчиво изучал этикетки, крутил бутылки в руках, прощупывал на донышке втянутый конус… Леночка была вынуждена также увлечься товаром. Каких только соков ныне не продавалось. И арбузный, и из семи овощей… На стеклянной бутылке сока «Нани экзотического» было написано, что он изготовлен по оригинальному рецепту знахарей с острова Таити. Действительно, экзотика… для таитян, ведь в его составе (если не полениться и разобрать мелкий шрифт в разделе «ингредиенты») - вишня и черника. Интересно, как попадали ягоды средних широт на тропический остров?
Она вдруг вспомнила, как во время обсуждения ее плана мести на форуме, Мэги предложила использовать в качестве «оружия» именно сок, предварительно вколов в пачку с напитком кадаверин – трупный яд. Девушка постаралась вообразить, как сжимает в кармане шприц. Поворачивается спиной к блуждающим в проходе покупателям и камерам слежения. Делает вид, что берет пакет. Какой? Ну, допустим, вот этот, крайний слева, абрикосовый нектар. Она действительно взяла пакет в руку. Вгоняет иглу, - приложила кулак. Тоже самое проделывает с двумя пакетами, стоящими рядом, и двумя полкой ниже…
Маленькая девочка, головка, как шарик, глазки-пуговки, волосики-кудряшки подошла и взяла сок как раз оттуда, из отравленного, пусть и в воображении, сектора. Лене стало плохо. Реально плохо, в глазах потемнело, осела, прислонилась к колонне.
- Тетенька, вы болеете? – спросила все та же девочка.
- Болею, - Удальцова кивнула головой. – Уже очень давно. Много лет…
- А доктора не лечат?
- Доктора меня не могут вылечить.
- Мою бабушку тоже, - вздохнула девочка, притянув угловатые плечики к ушам. – Маму позвать?
- Спасибо. Не надо. Мне уже лучше.
Девочка хлопнула глазками и убежала. Забыв пакет на полке…
Удальцова решила купить этот сок.
Она проскользнула мимо друга детства и направилась к кассам, подождала Михаила снаружи и продолжила слежку.
«А он ничуть не изменился. Все также копошится. Помнится, в школе за перемену едва успевал собрать портфель и перейти в другой класс. Разбирал его, доставал тетрадку и учебник уже при безмолвии начавшегося урока. Другие побегают, в салки поиграют, и неприличное слово на доске напишут. А этот… все неспешно, все потихоньку, все вперевалочку.»
Скоро у меня очередной День рождения. Может, пригласить? Она знает - он будет очень рад. Почему в ней жила уверенность в пристрастии этого человека? Даже теперь, когда видела его с другой? Потому ли, что он с самой школьной скамьи был рядом? Она уже разучилась переживать неприятности без него.
Перед выпускным не вытерпела, надела-таки раньше положенного срока моднейший, привезенный папенькой и маменькой из самого Парижа белоснежный костюмчик… Эх, плечо на сборочке, воротник – полустойка, и юбка, вроде бы не в обтяжку, но такая кокетливая; ткань – на вид, хлопок, но не мнется. Пошли с Михаилом в ЦДЛ, подпитаться энергетикой столичной творческой элиты. И вдруг на эту самую кокетливую юбку плюхнулась с ложки капля малинового сиропа. Мишка стащил у своей супер-домовитой мамаши самодельный пятновыводитель. Да-да! Что только не научились делать пережившие тотальный дефицит русские женщины! Пятновыводитель помещался в стеклянную баночку из-под майонеза, пах нашатырем, а по консистенции походил на разжиженное хозяйственное мыло, скорее всего, на их основе и был сделан. Пятно сошло.
Подобных историй она могла вспомнить множество. Но особую благодарность к другу детства Лена, конечно же, испытывала за то, что он не отвернулся от нее, преступницы, и не оставил.
«Странно… Как странно! Именно после этих «благодеяний» я его бросила…»
Девушка зябла под деревом. Крона наводила на нее тень. Это хорошо - останется неприметной. Крыльцо же магазина находилось всего в нескольких шагах и было хорошо освещено, словно подиум. Не пропустит!
«Да я ж испугалась! – осенило вдруг Удальцову. – Я элементарно струсила, что Мишка станет вечным оберегом, этаким «папочкой». Михаил был для меня как… как… кошка! Жил одновременно и сам по себе, и при мне… Хм!»
Она вспомнила автомобильную аварию с  участием кота. А ведь в непривычной, нестандартной ситуации, кто его знает, что этим мурлыкам придет в голову!
Или подойти прямо сейчас? Нет, лучше все же в метро. Он наверняка едет домой, это… («Вот! Даже схему метро за восемь-то лет позабыла!») Пять или шесть остановок по прямой. Она сделает вид, что ей нужно в ту же сторону. Будет время поговорить. А здесь, засмущаться успеют, а до приглашения в гости дело может и не дойти.
«Засмущаться?» Десять лет, если не за одной партой, то в одном классе. Пять институтских годин он блуждал вокруг, да около, и два високоса изоляции, в которой она все равно ощущала: он рядом. А теперь? Боится, что не станет с ней говорить?
«Ах, да! Женщина! В его жизни появилась иная дама… Возможно, на День рождения он захочет придти с ней. Ну и пусть! А я приглашу Артура! Посмотрим, что за пташка! Выдержит ли конкуренцию?»
Именно в эту минуту Михаил появился на крыльце. В руках - только вино. Достал мобильный телефон. Нажал всего одну кнопку, повтор.
- Поднялась на эскалаторе? Бегу встречать!
Он рванул в сторону станции метрополитена. Лена за ним. Смутная свербящая догадка шевельнулась где-то внутри, там, где обычно у людей живет ревность.
Возле арки с большой красной буквой «М» остановился, сделал несколько шагов в сторону, к цветочному киоску, купил хризантемы. Снова достал сотовый.
Михаил все еще держал трубку возле уха, хотя ничего и не говорил. Из арки выскочила молоденькая девушка. Та самая, из зоопарка. «Хрустальная», - почему-то подумала про нее Лена.
Теперь она рассматривала девушку пристальней. Та действительно была тонюсенькой, до синевы прозрачной (или освещение такое), с двумя такими же тощими светлыми косичками, едва не загибающимися вверх на манер Пэппи Длинный Чулок. Косички были тугие, на темени - прямой пробор, челка также разделена пополам и прижата заколками с розовыми переливающимися не то цветочками, не то бабочками.
Девчушка рылась в сумочке, из которой доносилось совершенно «вульгарное», с точки зрения Ленки: «…И целуй меня везде, восемнадцать мне уже…»
Михаил нажал на «отбой». Песня умолкла, он бросился к ней и поцеловал. Нет, не так, как только что пелось. Всего лишь в губы. Но и не по-отечески, как можно было бы предположить…
«Надо было подходить раньше…» Что ж, завтра она его точно не упустит!


Следующая глава.

Tags: ТУКОВАНИЕ В ПАУТИНЕ, детективы
Subscribe

Recent Posts from This Journal

promo bonmotistka july 16, 2019 07:00 92
Buy for 100 tokens
14 июня 2019 года. Дед, я только что узнала, как и где ты погиб. До сих пор в нашей семье было известно только то, что ты пропал без вести. Вроде бы кто-то даже видел, что ты был ранен при переправе через реку. Предположили, что не смог выплыть... Каждую Могилу Неизвестному солдату мы считали…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments